РАЗГОВОР С БУДАНОВЫМ (без купюр)

http://blog.kp.ru/users/2125404/post100064037/

- Чем ты намерен заниматься сейчас?

- Сторожем пойду в колхоз, если возьмут. По приговору суда мне после окончания срока 3 года не положено занимать любую государственную должность. Например, в колхозе есть три трактора и две машины, меня может председатель взять механиком гаража. Но он меня не может взять, потому что мне еще три года запрещено это делать.

- До какого года?

- До 2013-го. Вот это и есть волчий билет. А тут еще кризис.

- Прими мои соболезнования в связи недавней смертью отца. Отчего папа умер?

- Папе два года назад был поставлен диагноз рак легкого. И все эти годы он меня ждал. И дождался. Перед тем, как умереть, он сказал маме: «Теперь я могу спокойно умереть».

- Почему он сказал такие слова?

- Потому что мой грех он так же нес, как и мама несет… Как моя семья несет. Ему было больно и стыдно. Мне от его боли и стыда еще больнее и стыдливее…

- Тебя упрекают в том, что ты до сих пор не попросил прощения у семьи Эльз Кунгаевой.

- Как это я не просил прощения? Пять раз, подавая ходатайство об условно-досрочном освобождении, я каждый раз указывал, что вину свою признаю полностью, готов загладить вину, если это возможно перед потерпевшими. Ну, как это я не признаю свою вину и не прощу прощения? Я в этой даже бумаге писал! И со страниц «Комсомолки» уже просил. Я раскаялся! Я писал, что я виноват. Без этого ходатайства помилования просто не проходит. Там есть определенные каноны, если кто не знает, пусть почитает умную книжку, называется «Уголовно-процессуальный кодекс». Да и как я вживую могу попросить прощения, если человек находится в Норвегии?

- Ты имеешь в виду родителей Кунгаевой…

- Конечно.